За окном накрапывает мокрый снег, и, глухо ударяясь о стекло, его капли тяжело стекают вниз. Свинцовые тучи, словно сговорившись, полностью закрыли собой небо, и теперь ничто не спасёт меня… от полного сопереживания героям Heavy Rain. Дрожащей рукой я вставляю диск в лоток приставки, чтобы через 10 часов сказать: «Это чистое искусство»! За эти 10 часов неотрывного пребывания у монитора перед глазами разворачивается, наверное, самая эмоциональная, напряженная и взрослая история за всё время существование видеоигр. От одних сцен сжимается сердце, от других оно дико стучит в груди. Некоторые моменты оставляют столь гнетущее впечатление, что остаток дня ты пребываешь в глубоких раздумьях. Иными словами игра порождает натуральные эмоции, совершенно не прибегая к нечестным приемам, вроде мистики, научной фантастики или безостановочного рубилова. Это большая история о том, как маленькая жизнь превратилась в кошмарный сон. И может она столь сильно трогает именно потому, что столь пугающе правдива и близка каждому.

Как и в любом уважающем себя детективном триллере, далеко не последнюю роль в создании полноценного эмоционального полотна играет музыка. Это только с виду кажется, что писать саундтреки к произведениям сорта Heavy Rain легко. На самом деле, мрачную, сочную, чувственную и очень-очень грустную музыку писать невероятно тяжело, так как уровень работы композитора должен быть как минимум не хуже того уровня, который задал режиссер. Более того, музыка должна так же сильно натягивать нервы, как это делает сценарист.

В случае с Heavy Rain, сама игра подняла планку так высоко, что ей требовался очень крутой и последовательный композитор. К счастью, Quantic Dream заприметила его еще во время работы над Fahrenheit. Норманд Корбейл, далеко уже не молодой человек, несправедливо оставался в тени Анджело Бадаламенти, пока Маэстро, на основе пары лейтмотивов, писал музыкальное сопровождение Fahrenheit. И вот, настал его звездный час! Абсолютно все композиции для «Проливного Дождя» написал лично Корбейл без помощи со стороны. Что, надо сказать, заметно.

В каждом треке чувствуется личное переживание, оттенок меланхолии и частичка души самого композитора. В теме Итана Марса, которая является лейтмотивом всего саундтрека, грустная флейта плавно перетекает в скрипичный проигрыш и заканчивается искренним пианино, идеально передавая характер персонажа. Тема Лорен Уинтер – ода нуар-кинематографу сороковых. Спокойная оркестровая сюита, пробуждающая в слушателе нечто схожее с чувством приятной задумчивости. А арфа, вплетенная в духовое полотно, словно бы убаюкивает игрока. Скоту Шелби досталась мрачная, пропитанная астмой и дождём композиция. От нее словно бы пахнет старым плащом и потрепанным Фордом 50-х. Мелодия намеренно стилизованна под кинематограф послевоенной эпохи, чтобы подчеркнуть ту атмосферу, которую привносит с собой толстый детектив. Ну а личная композиция Мэдисон Пэйдж переполнена внутренней скорбью, которая рвется наружу. Может потому она практически полностью состоит исключительно из струнных?

Не чурается в экшн-треках Корбеил и алеаторики, которую, в достаточно схожем контексте, уже использовал ранее Гарри Шиман. Однако, как раз таки «музыка действия» – самая слабая часть пластинки. Она местами слишком пафосная и, ну уж очень штампована. Хотя в игре сидит словно влитая, чего не отнять.


Именно в данном конкретном случае разделять игру и музыку – это все равно, что пытаться воспринять двигатель Ferrari отдельно от кузова самой машины. Иными словами, очень-очень глупо. Ибо абсолютно все элементы Heavy Rain созданы для того, чтобы работать, как идеально подогнанный швейцарский часовой механизм. Надо так же добавить, что большая часть действительно красивых и выдающихся треков вообще не заглянула в альбом. Потому, всё что написано выше относится в большей степени именно к игровой музыке, а не к куцему релизу жадин из Sony. Но даже в целом не самые яркие композиции вытягивают этот альбом на твёрдые восемь баллов. Чистые эмоции и искреннее сопереживание – вот что делает музыку Heavy Rain такой, какой она является.

Триллер Heavy Rain ждали очень долго, ещё дольше его будут пытаться классифицировать. Давно вошедший в обиход термин «интерактивное кино» применяется к месту и не к месту (как к кинематографическому экшн-триллеру Alan Wake, так и к очередной части милитари-шутера Call of Duty), стал слишком модным и пошлым и, по-моему, должен умереть в страшных муках. Понятно одно. Игру оценил Терри Гиллиам, в Голливуде по ней очень скоро сделают настоящий фильм, но это вроде как и не совсем игра. Геймплей Heavy Rain слишком пассивный и целиком основанный на QTE (да, это QTE как бы нового поколения, но это не важно), игра прикидывается фильмом и разыгрывает сама себя, но в нужный момент необходимо нажимать кнопки, чтобы вклиниться в процесс и повлиять на результат, но можно вообще ничего не нажимать, а только смотреть. Понятно и другое. Heavy Rain – откровенно говоря, первый настолько экспериментальный и нацеленный на взрослую аудиторию проект, который влился в мейнстрим и при этом не провалился. Кроме того, Heavy Rain относится к редчайшему для видеоигр направлению «нуар» (дай Бог, если в год выходит один проект такой направленности), поэтому массово приравнивается к произведению интерактивного искусства вопреки откровенно слабому сценарию (Хичкок бы не одобрил) и совсем маленьким сисечкам главной героини.

Heavy Rain – полноценный «видеоигровой» дебют не самого безвестного канадского кинокомпозитора Норманда Корбеила (до этого выступил со-композитором предыдущего игрового проекта Дэвида Кейджа, Fahrenheit: Indigo Prophecy), давнего коллаборатора великого Анджело Бадаламенти и автора музыки к «Крикунам», «Двойному просчёту» и «Академии смерти». Меланхоличный оркестровый саундтрек Heavy Rain, как и сама игра, далеко не верх идеала: каких-то больших хитов и откровений здесь нет. Корбеилу удались главные темы персонажей – преисполненные грустью, стилизованные под мелодии фильмов нуар оркестровки; однако персонажей четверо и тем, соответственно, столько же.

В отличие от вылизанного до блеска саундтрека к Alan Wake (игра вышла в один год с Heavy Rain), стилистически схожего с музыкой Норманда Корбеила, в Heavy Rain чувствуется некоторая спешка: основная часть оркестровок монотонна, а лейтмотивы излишне часто напоминают о себе. Это и не удивительно: финн Петри Аланко работал над Alan Wake в спокойной обстановке на протяжении пяти лет, в то время как Корбеил дописывал партитуры недосыпая и перед записью оркестра задержал свой вылет из Монреаля в Лондон на сутки, заставив поволноваться Дэвид Кейджа. Часть фортепианных партий композитор сочинял уже в перерывах между сессиями на Abbey Road, заказав в номер отеля пианино. Саундтрек Heavy Rain проигрывает Alan Wake и по хронометражу (75 минут против 243), хотя и значительно опережает его по количеству лицензированных песен.